В России за эти годы мы наработали достаточно ноу-хау, и уже начинаем его экспортировать не только на развивающиеся рынки, но и на развитые.

Это как стереосистема: можно сделать погромче, можно потише – так, как хочется именно тебе. Я все делаю в зависимости от настроения и периода в жизни. Иногда мне нравится сидеть в Москве, иногда хочется поездить по свету – и я в соответствии с этим строю свою работу. Огромный плюс McKinsey – это гибкость, возможность решать самому, над чем, где и с кем тебе работать.

“В России, где экономика еще только развивается, даже начинающий консультант играет очень важную роль в проекте. Он действительно создает что-то новое и фактически сразу получает доступ к топ-менеджменту и главным акционерам.”

Увлекся и остался

В 2005 году я пришел в McKinsey, как я тогда думал, на полтора года. Для меня это была хорошая ступенька к достижению в долгосрочной перспективе того, о чем мечтал – открыть свой фонд прямых инвестиций в Восточной Европе. Но так получилось, что я увлекся и остался. Много всего перепробовал, а первые мои проекты были, прямо скажем, не самые стандартные. Помню, как меня посылали в Канны поддерживать привлечение инвестиций в Краснодарский край, развитием туризма которого мы тогда занимались. Потом в какой-то момент я стал обращать внимание на компании потребительского сектора. Провел несколько проектов и понял, что я тоже могу повлиять на развитие этой отрасли и что это может стать моим коньком.

Молодые и ранние

Заниматься консалтингом в развитой стране не так интересно. Там ведь речь идет о каких-то дополнительных изменениях на стабильных рынках, где многое уже разработано и решено. В России, где экономика еще только развивается, даже начинающий консультант играет очень важную роль в проекте. Он действительно создает что-то новое и фактически сразу получает доступ к топ-менеджменту и главным акционерам. И вот что важно для меня: современная Россия – страна молодых руководителей бизнеса. Когда я прихожу к владельцам компаний или в их совет директоров, то встречаю людей примерно моего возраста. Мне легче найти к ним подход просто даже по-человечески. А зачастую – научиться у них. Мои клиенты – люди подчас весьма неординарные. Они за 15 лет своими руками сваяли империи, подобные тем, что на Западе создавались десятилетиями. А ведь кто-то из них начинал буквально с того, что продал что-то из своей домашней техники.

Сами знаем как

Принято думать, что в офисе в Москве мы всё делаем «copy – paste» – только пытаемся внедрить готовые зарубежные методики. Это не так: ведь есть своя специфика страны, есть культурные, логистические особенности, которые могут сделать такой подход бессмысленным. В России за эти годы мы наработали достаточно ноу-хау, и уже начинаем экспортировать наши методики не только на развивающиеся рынки, но даже и на развитые. Кстати, многие компании решили использовать страну как полигон под лозунгом «Если это будет работать в России, это будет работать везде». Здесь отрабатываются такие инновационные направления, как цифровой маркетинг или маркетинг «из уст в уста», то есть, попросту говоря, сарафанное радио. Поэтому для меня работа в России – это всегда начало чего-то нового, скажем, запуск нового формата, будь то в продаже одежды или еды. Почему это интересно? Да потому, что ты причастен к созданию чего-то, чего раньше не было. Это совершенно особое чувство, когда идешь по улице, видишь плоды своей совместной работы с клиентами, и тебе хочется зайти туда и потратить свои деньги.